"Похабный мир" вместо победы. Кто готовит Россию к капитуляции?

Ключевой ставкой экономике уже не помочь

Суть доклада Белоусова: привычные инструменты финансового регулирования перестали работать. В экономике сохраняются два фактора, снижающих эффективность монетарного подавления роста цен.

Первый – группа товаров, цены на которые не регулируются политикой ЦБ: бензин, регулируемые и бытовые услуги, тарифы на услуги ЖКХ, тарифы естественных монополий.

Второй – перенос в конечные цены дополнительных издержек: процентных платежей, ставок по лизингу и аренде. Сочетание высокой долговой нагрузки и локального монополизма крупных компаний приводит к тому, что повышение ставки ЦБ не замедляет инфляцию.

Повышай ключевую ставку, не повышай – инфляция всё равно себя продемонстрирует во всей красе. Этот факт иллюстрирует системную ошибку либеральной догмы о "таргетировании" как универсальном инструменте. Официальные лица по-прежнему рапортуют о "макроэкономической стабильности", но за цифрами отчётов скрывается иная реальность – реальность, в которой простые граждане расплачиваются за следование неработающим методичкам.

Повышай ключевую ставку, не повышай – инфляция всё равно себя продемонстрирует во всей красе. Коллаж Царьграда

Доктор экономических наук, профессор, экс-замминистра сельского хозяйства Леонид Холод подчёркивает: повышение цен на горючее влечёт за собой удорожание перевозок, что немедленно отражается на ценнике товара в магазине. И далее – по всей цепочке:

Ценовая динамика и зарплатная идёт к тому, что доля, очевидно, продовольствия в вашем кошельке, семейном и личном, будет увеличиваться, соответственно, будут снижаться расходы непродовольственные со всеми вытекающими отсюда последствиями для развития, для экономики, для турбизнеса, транспорта и прочего.

Модель "экономики выживания" дала трещину

Ещё в 2023 году аналитики ЦМАКП в своих программных докладах описали сценарий, в котором Россия оказалась сегодня. Тогда речь шла о модели инерционного развития в условиях затяжного конфликта: без радикальной мобилизации ресурсов, с сохранением либерального финансового блока и минимальными структурными реформами.

Сегодня мы видим, что эта модель оказалась проигрышной. Мы столкнулись с классическими стагфляционными тенденциями. Рост ВВП, составивший в 2024 году 4,9%, к 2025 году рухнул до 1,0%. Промышленное производство, за исключением ВПК, буксует, демонстрируя в отдельные месяцы околонулевую динамику.

Да, Росстат фиксирует формальный рост реальных располагаемых доходов (на 7-8% ежегодно). Но этот рост обеспечен точечными бюджетными вливаниями, а не созданием добавленной стоимости. Покупательная способность граждан неуклонно падает. В 2024 году общая инфляция разогналась до 9,52%, и хотя в 2025 году общий индекс формально снизился до 5,6%, цены на критически важные позиции продолжают бить рекорды: бензин подорожал на 10,78%, лекарства – на 9,88%.

Экономические проблемы создают риски безопасности во многих странах. Но не все ведут войну… Скриншот страницы сайта NYT (автоперевод)

Ключевая ставка ЦБ достигла заградительных уровней, делая любые долгосрочные инвестиции в гражданское производство математически убыточными без прямой господдержки. В результате мы имеем две разные экономики: разогнанный государственным заказом ВПК – и задыхающийся от дорогих кредитов и растущих тарифов гражданский сектор. Разрыв между ними становится пропастью.

Две экономики – одна пропасть

По сути, в России сейчас функционируют две экономики, хотя и тесно связанные между собой, однако живущие по разным законам.

Первая – военно-промышленный комплекс, получающий солидное государственное финансирование.

Вторая – гражданский сектор, задыхающийся от дорогих кредитов, растущих тарифов и падающего спроса. Между ними – пропасть, которая становится всё шире.

Либеральный финансовый блок – ЦБ, Минфин, часть экономического блока правительства – продолжает настаивать на своей догме. "Таргетирование инфляции", "жёсткая денежно-кредитная политика", "макроэкономическая стабильность" – эти мантры повторяются из года в год, несмотря на то что реальность давно опровергла их состоятельность. Смена парадигмы означает признание краха тридцатилетней доктрины. А это потеря статусов, должностей, влияния.

Альтернатива существует: радикальная мобилизация ресурсов, целевое кредитование промышленности под низкие ставки, протекционистская защита внутреннего рынка, жёсткий контроль за тарифами естественных монополий, перераспределение финансовой ренты в пользу реального сектора. Экономика, работающая не на "стабильность рубля" и "золотовалютные резервы", а на создание рабочих мест, развитие технологий и повышение уровня жизни граждан.

"Похабный мир" как осознанный выбор элит

Похоже, Россию готовят не к победе, а к тому, что в русской исторической традиции называется "похабным миром". Сценарий, при котором конфликт замораживается на невыгодных условиях, элиты сохраняют активы и статус-кво, а народ расплачивается инфляцией, падением доходов и утратой перспектив.

Похоже, Россию готовят не к победе, а к тому, что в русской исторической традиции называется "похабным миром". Коллаж Царьграда

Сегодняшняя ситуация имеет тревожные параллели. Либеральный финансовый блок, десятилетиями выстраивавший систему, при которой Россия была сырьевым придатком глобальной экономики, не заинтересован в победе. Финансовые власти упорно блокируют любые структурные реформы. Им не нужна экономика победы – им нужна экономика "похабного мира". Экономика, в которой стабильность для них важнее развития для страны, а золотовалютные резервы важнее заводов и фабрик.

Экономист Михаил Хазин в эфире программы "Итоги дна" заявил, что без ответа на главный вопрос – чего мы хотим добиться? – мы не добьёмся ничего:

Прежде всего нам надо разобраться, а какая у нас политика. Мы хотим выиграть или мы хотим сдаться? Если мы хотим сдаться, надо сдаваться. А если мы хотим выиграть, то нужно аккуратно разобраться, а кто у нас в руководстве хочет сдаться. Ну и, соответственно, объяснить им.

Что с того?

Экономическая политика перестала быть просто вопросом цифр и процентов. Она стала вопросом национального выживания. Околостагфляция – это симптом глубокой болезни, которая лечится не повышением ключевой ставки, а радикальной сменой парадигмы. Либеральная догма, настаивающая на "таргетировании инфляции", провалилась. Модель "экономики выживания" привела к стагфляции и фактическому снижению доходов граждан. Альтернатива – экономика победы – блокируется теми, кому выгоден статус-кво.

Есть и другой сценарий: власть услышит голос реальности и начнёт проводить политику, соответствующую интересам страны, а не интересам финансового блока. Экономика будет работать на победу, а не на выживание. А граждане нашей страны перестанут расплачиваться за чужую трусость и чужие интересы.

Выбор за теми, кто принимает решения. История не прощает тех, кто выбирает "похабный мир" вместо победы. Народ, который сегодня платит из своего кармана, тоже не простит. Время для полумер и иллюзий прошло.