Путин подписал закон о "бессмертии" президентов

Владимир Путин последовательно продолжает реформу российской государственной власти, начатую поправками к Конституции. Всего конституционные поправки требуют принятия более 100 законов. Мы уже подробно останавливались на новом законе о порядке формирования Государственного совета, который в новой политической реальности из клуба губернаторов превращается в главный центр принятия стратегических решений, по сути, имеющий большее значение, чем все органы законодательной и исполнительной власти. Теперь очередь дошла до Совета Федерации – верхней палаты российского парламента.

Представительство регионов или место для почётной отставки

Роль Совета Федерации в нашей политической системе двояка. С одной стороны, Совфед нужен для того, чтобы у каждого российского региона вне зависимости от численности населения и размера территории было равное представительство в федеральном центре. Огромная Москва и Камчатка, Чечня и Самарская область, Приморский край и Санкт-Петербург – все направляют в Совет Федерации по два представителя, причём одного от исполнительной власти, его назначает губернатор, и одного от законодательного собрания региона. Таким образом, создаётся орган, который должен обеспечить равные права всех субъектов Российской Федерации, у каждого по два голоса, не больше и не меньше.

В реальных условиях российской вертикали власти Совет Федерации – не только собрание региональных представителей, но и "скамейка запасных". Места в Совфеде получают наиболее влиятельные региональные лидеры общественного мнения, представители крупного бизнеса, оказывающие мощное влияние на ситуацию в регионах. Но также и люди, для которых это назначение – почётная пенсия. Или даже почётная ссылка – мы видели на постах сенаторов много бывших губернаторов, например.

Последнее обстоятельство постепенно снижало реальное влияние Совфеда в российской политике. Верхняя палата парламента у нас гораздо менее динамичная и привлекающая внимание СМИ, чем нижняя (хотя сенаторы часто генерируют важнейшие законопроекты, как, например, обсуждаемый сегодня "закон семи сенаторов").

Насколько я понимаю, Владимир Путин озабочен тем, чтобы поднять значение и влияние российского сената. Тем, чтобы он не "потерялся" в системе власти на фоне обновляемого сверхвлиятельного Госсовета. Новый порядок формирования, появление "бессмертных" сенаторов, соратников президента, которым он может доверить законодательную инициативу на неопределённо долгое время, – решения, которые поднимают авторитет органа законодательной власти.

А кто у нас бывший президент?

Решение президента создать в Совете Федерации место для президентов бывших – очень серьёзный аргумент для тех, кто не верит, что Путин твёрдо решил навсегда сохранить за собой высшую власть в стране. Поправки к Конституции дают ему возможность участвовать в выборах ещё два раза – в 2024 и 2030 годах.

Никто не сомневается, что если Путин пойдёт на следующие выборы, он и выиграет. Ещё два срока на посту президента, 12 лет, да три года до выборов – это в масштабах современной политики именно вечное правление Путина – мы просто не умеем планировать на столь большие сроки. Однако президент, по-видимому, даёт понять политической системе, что "не всё так однозначно" – возможны другие варианты развития событий. В одном из этих вариантов Владимир Путин откажется от участия в выборах и сократит свое присутствие в главных центрах принятия решений, оставив за собой лишь почётные полномочия.

Нет, принятие закона о новом порядке формирования Совета Федерации не означает, что так и будет. Оно означает лишь, что так может быть – и так тоже. Развитие российской политической системы – предмет обсуждения, возможно принятие разных решений.

Самых разных. Вот, например, прямо сейчас в России (о чём мы частенько забываем) живёт бывший президент, прекративший исполнение своих полномочий. Это Дмитрий Анатольевич Медведев, раньше премьер-министр, а теперь заместитель председателя Совета безопасности России. Нет, у меня нет никакого, как сейчас говорят, "инсайда" о судьбе бывшего председателя правительства, председателя партии "Единая Россия". Я просто напоминаю: закон, внесённый в Госдуму, в первую очередь относится не к Владимиру Путину, которому предстоит исполнять свои обязанности ещё как минимум до мая 2024 года. А совсем к другому человеку.

Впрочем, сенатор Дмитрий Медведев – это пока звучит как политическая шутка. А вот кроме шуток, внимание Владимира Путина к сенату – это свидетельство того, что он не собирается быть диктатором и сам себя так не воспринимает. Россия – по-прежнему республика.

Почему сенат – это важно?

Республика. В этом всё дело. Вы когда-нибудь задумывались о том, почему вообще члены верхней палаты парламента Совета Федерации в России называются сенаторами? А почему сенатом называется верхняя палата парламента Соединённых Штатов Америки? А зачем понадобился Правительствующий сенат императору Петру I? Чем ему боярская Дума была плоха?

Нет, я не сомневаюсь в школьных знаниях читателей Царьграда, просто это одно из таких знаний, которые не очень хорошо соотносятся с "актуальной повесткой", поэтому легко выпадают из памяти. А зря, потому что как только эти знания вспоминаешь, многое становится понятнее.

Вы же читали о том, что Москва – это Третий Рим, "два Рима пали, третий стоит, а четвертому не быти?" Первый Рим – это древний Рим. Второй Рим – Константинополь, Византийская империя. Первый разрушили варвары, второй взяли турки, и Римом стала Москва. Потому что центр христианского мира и потому, что правопреемник Константинополя.

Но Рим был не только центром христианского мира. Очень важно, что в своих собственных глазах Рим никогда не был монархией – он был республикой. Легионы клялись в верности сенату и народу Рима. При императорах тоже, теми же словами. Именно Римскую республику числят образцом для подражания все страны с республиканской формой правления. Именно по образцу Римской республики в Штатах здание парламента называется Капитолием, а сенат – сенатом.

Когда мы говорим о жестоком соперничестве России и США, мы должны понимать (на уровне символов тоже), что это соперничество двух стран, каждая из которых считает себя Новым Римом, центром человеческой цивилизации, средоточием всего лучшего в человечестве.