А если русские дойдут до Львова? "Азовец"* рассказал о плане на крайний случай

С одним из пленённых украинских боевиков говорила военкор Царьграда Анастасия Антонова. До этого, как мы и рассказывали ранее, была встреча с и. о. главы администрации Кременского района ЛНР Юлией Назаренко, которая выжила в тюрьме СБУ. Мы не зря используем слово "выжила", ведь Юлия подвергалась пыткам, как и остальные заключённые. Условия у пленённых "азовцев"* совсем другие, хотя Лема признаётся, что многие из выходивших с "Азовстали" ждали немедленного расстрела.

Мы боялись, конечно, что расстреляют, но командиры сказали, что обо всём договорились и через 3-4 месяца нас обменяют, мы поедем домой, всё будет нормально. Но осенью обменяли только офицеров, солдаты и сержанты здесь до сих пор,

- делится обидой он.

Лема в составе националистического батальона "Азов"* служил оператором БПЛА. Родился во Львове. В тюрьме, уверяет, понял: мама была права. Не надо было в "Азов"* идти, но ничто же не предвещало плохого. И деньги платили приличные, и вообще типа круто - спецназ!

Его, католика, не смущал ни идол Перуна в расположении части, ни националистические лекции. Сам, говорит, преступлений военных не совершал. Разве что видел как-то в комнате для совещаний в их КПД лужу чёрной крови и слышал, что здесь до смерти "допросили" русского корректировщика. Но решил, что шутят. Только потом, дескать, узнал, что тот действительно умер от пыток. Ну и в тюрьме наслушался про преступления от сокамерников, сам удивился. Теперь ждёт своего обмена.

Хотелось бы вернуться домой, увидеть родителей. А там любыми способами - через комиссию, уволюсь - воевать не пойду,

– делится он планами.

"Азовец"* уверяет: послушал Путина, почитал историю России, понял, что мы не такие уж разные. Военкор Анастасия Антонова, слушая всё это, вспоминала свою командировку в Мариуполь - как раз в тот момент, когда боевиков загоняли в промышленную зону, продолжая освобождать город:

... вспоминаю заминированные подъезды Азовстальской улицы, пробитые гранатами ходы между квартирами, изнурённых стариков в подвалах, дворы, заваленные снарядами и трупами. Безумие в глазах выживших, чёрные руки мёртвых. Так, прихватив заложников, отступали побратимы Лема и, возможно, и он сам. А потом их снайперы не подпускали к этим дворам ни медиков, ни МЧС.

Наш военкор спросила, что будет со Львовом, если русские бойцы дойдут до границ и этого города.

Местные захотят присоединиться к Польше. Поляки вообще считают Львов своим городом, они его строили частично,

- спокойно отвечает Игорь.

Лема в курсе: поляки - шовинисты, для них украинцы - второй сорт людей. Но всё же уверен, что его земляки скорее согласятся быть отбросами в Польше, чем станут полноправной частью Русского мира. И он не сомневается: Русский мир отпустит их без крови.

Полная версия интервью, в том числе беседа с Юлией Назаренко, доступна в расширенной версии материала Царьграда.

_______