Министр Шадаев обещал рост цен. Как это будет происходить? Эксперты объяснили
Министр цифрового развития Максут Шадаев на форуме «Цифровые решения» сравнил тарифы на ЖКХ с тарифами на связь, назвав их возможным оценочным ориентиром: «Планку определенную тарифы на ЖКХ дают. Я думаю, что на нее ориентироваться [будем как] на отправную точку». При этом мобильный трафик в России не растёт, признал он, назвав это не очень хорошей тенденцией. По его словам, из-за этого «в таком объеме» не нужно вкладываться в расширение сети. Вот как это объясняют эксперты в беседе с Царьградом.
Трафик, который перестал расти
Первым делом упираешься в парадокс: интернет нужен всем, а потребление падает. IT-аналитик Эльдар Муртазин объясняет это без иллюзий — в половине регионов мобильный интернет попросту ограничивают, в лучшем случае там белые списки, и в таких условиях трафик расти не может по объективным причинам.
Эксперт по технологиям Николай Турубар смотрит на ту же картину чуть шире: спрос никуда не исчез, он просто перетёк в другие каналы. С весны режим белых списков и регулярные отключения мобильного интернета расползлись из столиц по регионам, а там ограничения могут держаться неделями. Результат — в ряде областей мобильный трафик в первом полугодии упал чуть ли не на 40%, в Москве примерно на 30%. К этому добавляются блокировки: звонки в мессенджерах ограничены, YouTube замедлен, ВПН продолжают блокировать. А ведь именно видео и голосовые через приложение когда-то давали основной объём трафика. Теперь люди вернулись к обычным звонкам и SMS — голосовой трафик у операторов, наоборот, вырос. Третий ручеёк утёк в Wi-Fi и проводной интернет: во втором квартале он прибавил около 50%.
Люди предпочитают дожидаться дома, где связь стабильная,
— замечает Турубар.
коллаж царьграда
Цены, которые уже идут вверх
А теперь о главном — о деньгах. Муртазин напоминает, что до 2024 года рост цен на связь держало государство: не выше официальной инфляции. В декабре 2024-го операторы впервые подняли цены до 20% на самых низких тарифах — и, в отличие от прежних лет, популизм чиновников, в частности ФАС, на этом закончился. Причина простая и жёсткая: за полгода до того сети начали сыпаться — массовые отказы, массовые сбои, хроническое недофинансирование отрасли.
Сегодня ничего не меняется, эти 20%, как существовали, так и существуют. Просто даётся объяснение, к чему они привязываются. Отправной точкой становится ЖКХ, которая будет расти от 11% до 22% в зависимости от региона. Впрочем, цены и без этой привязки росли и будут расти — в среднем около 12% в год. Учитывая, что у нас связь одна из самых дешёвых в мире. При этом уже некачественная, но тем не менее дешёвая. Это некритично. Вопрос, чтобы эта связь была просто,
— резюмирует Муртазин.
Турубар смотрит на инициативу министра с другой стороны. Логику индексации связи как ЖКХ он не понимает: это будет означать, что двузначный рост тарифов каждый год станет нормой. Сегодня средний абонент платит 1000–1200 ₽ в месяц, а если оператор приравняет связь к коммуналке, «чек вырастет, я думаю, в 1,5 раза, ну, в 1,3 точно будет больше». Но и без этого связь дорожает — поэтому слова министра эксперт воспринимает не как сигнал о завтрашнем скачке, а как признание уже сложившегося тренда. Сдерживать цены могла бы конкуренция, только операторы обычно поднимают их дружно — этот механизм здесь не работает.
коллаж царьграда
И само сравнение с ЖКХ Турубар считает некорректным: коммуналка регулируется государством и привязана к инвестпрограммам по замене сетей. Индексируй связь по её образцу — придётся требовать от операторов таких же обязательств по покрытию, скорости и качеству. А выполнить их они не могут из-за огромного количества ограничений.
Плата, которую мы видим сейчас, искусственная, не рыночная. И как только ограничения ослабнут, спрос вернётся — а сеть без инвестиций просто не выдержит нагрузку.